Эту историю поведали российские специалисты, работающие по контракту в одной из ближневосточных стран. В самолете наши места оказались рядом, и стюардессы как раз начали разносить по салону прохладительные и иные напитки. С этого и началась беседа. Рассказчики подробно, в лицах, описывали выпавшие на их долю печальные приключения. Ведь для обычного, законопослушного гражданина пребывание в тюрьме, а тем более в чужой стране, — это надолго запоминающийся стресс.

Пиво с джином

Очередной этап работы закончился, и пятеро наших соотечественников отправились в отпуск — домой, в Россию. Два дня им предстояло провести в Эмиратах, ожидая авиарейс на Москву. Ребята поселились в гостинице и, как водится, решили после тяжелых трудовых будней немного расслабиться. Конечно, это можно было сделать и в гостиничном баре, но уж очень им хотелось погрузиться в экзотическую атмосферу Древней Аравии... «Погрузились» в результате по полной программе — на пятнадцать ночей и дней. А ведь как хорошо все начиналось. Атмосфера в баре была спокойная, пиво — холодное, музыка — приятная. Посетители все как один — европейцы. Как потом выяснилось, аборигенов в питейные заведения просто не пускали, проверяя на входе паспорта у лиц, похожих на коренную национальность. В полиэтиленовом пакете, захваченном из гостиницы, лежали бутылки с минеральной водой, хотя в двух бутылках была вовсе не вода, а заблаговременно перелитый джин. Однако на джин особо не налегали, понимая, что находятся в арабской стране...

Около часу ночи все решили, что отдохнули замечательно и пора отправляться в гостиницу спать, чтобы утром со свежими силами пройтись по магазинам и посмотреть местные достопримечательности. Гостиница была рядом — достаточно свернуть за угол и немного пройтись прогулочным шагом. Но за угол свернули только трое. А двое отставших успели познакомиться с девушкой. Девушка оказалась нашей соотечественницей — в Эмираты ее пригласили работать гувернанткой. Но по приезде паспорт, как водится, отобрали и объяснили, что вакансий на работу с маленькими мальчиками нет и не предвидится, поэтому придется ей работать с большими. И в этот момент оживленную беседу прервал скрип тормозов подкравшейся полицейской машины.

Наши никаких грехов за собой не чувствовали. Ну, отдохнули, в баре пивка попили, немножко джином отлакировали и спокойно возвращались в гостиницу. Без куража, походкой твердой, к мужчинам в чалме и женщинам в парандже не приставали и даже песен про камыш и мороз не пели. В общем, вели себя степенно и пристойно, а потому решили, что полиция любезно желает подвезти их до гостиницы. Но не тут-то было.

Есть ли у вас лицензия?

Поскольку ни одна из сторон английским не владела, начался длительный процесс выяснения. Кто такие? Ответ прозвучал неубедительно, так как паспорта с визами остались в гостинице. Почему пешком? Оказывается, у них не принято вечером бродить по улицам, даже если пройти нужно всего пару сотен метров. Откуда идете? Из бара. Полицейские насторожились... И в этот момент один из наших друзей возмущенно выдохнул: а в чем, собственно, дело? Движения полицейского резко ускорились, и последовал вопрос: у вас есть лицензия на употребление алкоголя? Как выяснилось, в Эмиратах необходимо покупать лицензию на употребление спиртного, и приобрести ее могут только иностранцы, имеющие рабочую визу.

Тут из-за угла показалась троица наших соотечественников, обеспокоенных долгим отсутствием товарищей. Те начали усиленно махать руками: скройтесь, мол, от греха подальше. Троица скрылась. А позднее это размахивание руками было расценено как попытка бегства и сопротивление полиции. Быстро усадив двоих русских в салон, полицейская машина свернула за угол и тут же притормозила: прямо на бордюре, подперев головы, сидели еще трое членов преступной алкогольной группировки. Пришлось вызывать подкрепление...

Через несколько минут полицейский кортеж остановился возле участка. А напротив, через дорогу, сверкали огни гостиницы. Тщетно ребята пытались объяснить: вот она, наша гостиница, там друзья и товарищи, а в чемоданах лежат паспорта с визами. Полицейские кивали, улыбались, но настойчиво подталкивали их ко входу в участок. Здесь посадили за решетку и велели ждать утра.

Все надеялись, что утром недоразумение разрешится и их отпустят с извинениями. Но тут компания вспомнила, что в пакете среди бутылок с минеральной водой находятся две бутылки джина! Было принято решение уничтожить его путем внутреннего употребления. Двое отказались, трое мужественно приняли удар на себя. После чего все заснули, усевшись на корточки, поскольку других сидений не было.

В 6 часов утра на службу прибыла новая смена полицейских. Ребят повели на допрос. Здесь-то и выяснилось, что до 6.00 проблему можно было решить мирно — уплатив штраф. Но после 6.00 русским предъявили обвинение в принятии алкоголя, попытке побега и сопротивлении полиции. На них надели наручники и повезли в госпиталь — брать анализ крови на наличие алкоголя. Но и в этот момент происходящее еще не воспринималось всерьез. Наши пытались шутить — охранники и врачи охотно шутили в ответ. Когда ехали обратно, сказали, что хотели бы посмотреть город, — охранники охотно согласились и провезли компанию русских туристов по центральным улицам. Затем вернулись в участок и начали процедуру оформления на постоянное, так сказать, место жительства.

Родина помнит, родина знает...

Так как троица, уничтожившая ночью улику в виде джина, никак не могла прийти в себя, да и запах не только не выветривался, а становился гуще, полицейские тщательно проверили вещи задержанных, особенно пакет с минеральной водой. Они открыли полную бутылку, понюхали, даже попробовали на вкус — вода. А вот открыть и понюхать пустые бутылки они не сообразили. Потом наших героев обыскали, вещи и обувь отобрали под опись, обратно отдали только местную валюту. Как впоследствии выяснилось, без нее пришлось бы туго — за деньги ребята покупали тапочки (пол бетонный — босиком ходить холодно и больно), кружки, сигареты, туалетные принадлежности.

Внутренняя тюрьма полицейского участка, куда привели пятерых русских, представляла собой квадратный холл, откуда можно было попасть в комнату охраны, в столовую и в камеры. Тюрьма была рассчитана на 32 заключенных, но в тот момент число поселенцев превышало 150 человек. Здесь наших ребят встретили как родных бывшие соотечественники — три грузина и представитель солнечного Азербайджана. Накормили, ободрили, утешили, как могли, обещали посильную помощь. И образовался в камере «Союз нерушимый». Старший из грузин договорился с охранниками и отправился звонить в представительство фирмы, от которой работали наши герои. Дозвонился он в районе 11 часов утра.

В 14.00 приехал первый представитель. Ни единому слову своих соотечественников он не поверил. Только «обнадежил»: вам светит не меньше шести месяцев, компания вас увольняет. В 19.00 объявился второй представитель — он сообщил, что документов не нашли (что было по меньшей мере странно, поскольку паспорта и визы лежали в гостинице), и уехал. А в 21.00 улетел самолет на Москву... Эта встреча стала самым неприятным событием в тюрьме — складывалось впечатление, что наших ребят заранее похоронили. Потому в посольство они даже обращаться не стали.

Злополучная пятерка поняла, что из арабского Моабита выберется не скоро, и стала готовиться к жизни «по понятиям».

Как ни странно, обстановка здесь была достаточно доброжелательной, без озлобленности. Охрана вела себя корректно, можно было договориться о лишней порции еды, телефонном разговоре. Через охранников покупали сигареты и, что удивило, сдачу получали копейка в копейку. Курить разрешалось через каждые два часа.

Контингент

Контингент в тюрьме подобрался разношерстный — от выпивох до менеджеров известных фирм, от карманников до убийц.

Одного местного киллера привезли закованного в ручные и ножные кандалы. Вместе с ним в машине доставили американца, который устроил дебош в баре и съездил полицейскому по уху при задержании. Но американца выпустили на следующий день — за ним приехали из посольства, заплатили штраф и забрали. А другой американский гражданин получил 4 года — за то, что в такси закурил травку. Водитель такси и отвез его прямо в полицию. Еще один обитатель тюрьмы, индус, оказался здесь, по его выражению, «из-за живота». Работал он грузчиком в магазине, однажды загружал в машину покупки богатой арабской дамы, поднатужился, поднял сумки и громко испортил воздух. Дама посчитала это оскорблением и вызвала полицию. Следующий типаж — охранник гостиницы. Сел за то, что выставил из бара индуса-дебошира. Индус обиделся и написал заявление в полицию о грубом с ним обращении. Охранник подумал и тоже написал бумагу: мол, дебошир был нетрезв, громко распевал песни и надоедал окружающим. Посадили и индуса. Так они рядышком и сидели. Еще сидел шотландец — сотрудник одной из крупных фирм. Он привез в подарок своему шефу ящик виски, за что был арестован прямо у трапа самолета и обвинен в контрабанде. Сидел англичанин, совершивший в пьяном виде наезд на аборигена без особых для того последствий, не считая легкого испуга. Как уверял англичанин, он выпил бокал пива, ведь у него дома, в Англии, это не возбраняется. Но опытные товарищи объяснили: в Эмиратах есть четкое разграничение — граждане страны и все остальные. Если столкнутся две машины, в одной из которых будет местный житель, а в другой — иностранец, то виноват будет иностранец. Объяснение: если бы ты сюда не приехал, он бы в тебя не врезался.

Особняком держались представители одного из местных племен. Их называли «кэмэлы» — за характерную внешность: выступающая нижняя челюсть, мясистые губы, толстый нос с горбинкой, характерная посадка головы. Кожа у них была покрыта многослойными шрамами — для демонстрации мужества и храбрости кэмэлы резали себе лезвиями руки, лицо, кончик носа. Правда, порезы делали осторожно и неглубоко. Особого беспокойства они не доставляли, но по вечерам устраивали кошачьи концерты. Дождавшись, когда народ в камерах начнет засыпать, начинали лаять, мычать, мяукать. Побесновавшись так с полчаса, они, усталые, но довольные, ложились спать.

В общем, кого здесь только не было, собрался полный интернационал, и как островок — «Союз нерушимый»: восемь представителей постсоветского пространства. И каждый — со своей историей.

«Союз нерушимый»

Трое грузин, как они утверждали, попали сюда по недоразумению. Старший, Давид, был офицером грузинского МВД, закончил трехгодичное военное училище в Англии, где и познакомился с сыном шейха одного из эмиратов, который учился в этом же училище и нередко прикрывал и защищал своего грузинского друга в разных конфликтных ситуациях. Кстати, погостить в Эмираты Давид приехал именно по его приглашению. Средний — Мамука, веселый и заводной — был просто вор, как он представился, и ехал сюда с конкретной целью. А самый младший — спокойный, с детской улыбкой на добродушном лице Левон — оказался боевиком, хотя так и не смог толком объяснить, на чьей стороне и для чего воевал. Познакомились они уже здесь, и когда один из земляков, проживающий в Эмиратах постоянно, предложил подзаработать, с радостью согласились. Всего-то и делов — предупредить одну богатую местную даму, которая брала деньги «за помощь в торговых операциях», чтобы она умерила свой аппетит.

С их точки зрения, это была просто попытка поставить человека на место. Есть разные способы, они выбрали самый простой и вежливый. «Понимаешь, мы приехали к ней, зашли и сказали: ты не права, да, подумай, да, могут быть серьезные последствия — и ушли. А эта дура совсем не подумала и стала звонить в полицию», — горячась, рассказывали грузины. Прятаться было негде: город как на ладони, на лавочке не заночуешь — у них не принято, на вокзале тоже — вокзала нет, гостиницы все под контролем, в лес не уйдешь — леса нет, один песок. В общем, сели на девять месяцев. Наши ребята спрашивали Давида, почему не позвонил своему другу, сыну шейха — может, выручил бы? «Я звонил, — ответил Давид. — Ему отец запретил. Сказал, если протянешь руку этому презренному иноверцу, я от тебя отрекусь, наследства лишу».

Была своя история и у азербайджанца. Чтобы прокормить семью, пришлось бывшему инженеру менять квалификацию. Из Баку он летал в Эмираты, по чековой книжке набирал товар, грузил в контейнер и отправлял домой. Естественно, когда выяснялось, что на книжке нет ни доллара, его арестовывали, сажали на несколько месяцев в тюрьму, потом депортировали. К тому времени жена в Баку успевала продать товар. Работа несложная, а доход хороший приносит — за пару поездок можно квартиру купить и машину...

А вообще, как объяснили нашим ребятам, законы в Эмиратах хоть и строгие, но цивилизованные, палками по пяткам не бьют, как в соседних странах. Просто надо немножко знать правила и приспосабливаться к ним.

Ликбез для начинающих зэков

Так как сидеть нашим ребятам предстояло неизвестно сколько, стали они осваивать тюремный быт. В 6 утра, в полдень и в 18 часов было время кормления. На завтрак обычно подавали булочку с джемом, вареное яйцо и напиток под громким названием «кофе» — противный на вкус и, как утверждали старожилы, с большим количеством брома, чтобы узникам не снились по ночам наложницы в пикантных позах. Обед был более разнообразен — тонкая лепешка, рис, овощи. На горячее — бобовые и небольшой кусочек мяса или рыбы. Супов не было вообще. Ужин представлял собой лепешку и тот же псевдокофе. Еда была обильно сдобрена приправой кари, чувствовалось, что готовили индусы. Но, как утверждали опытные сокамерники, полицейский участок, в котором они сидели, был закреплен за лучшей кухней, где готовили еду для заключенных. В других тюрьмах еда была гораздо хуже, а здесь даже тараканы в салате не попадались. Пища подавалась на подносе из нержавеющей стали со специальными углублениями, которые служили тарелками. Столовых приборов не было, поэтому есть приходилось руками. Напиток приносили в бадье — пей как хочешь, кружек не положено. Желаешь пить из кружки — покупай за свои деньги.

В первый день есть совсем не хотелось — сказывалось нервное напряжение. Затем пообвыкли, успокоились, появился аппетит. И хотя вид у еды был неприглядный и есть ее было противно, но не помирать же с голоду в арабских застенках! При минимальных затратах энергии пайка хватало, но к концу второй недели все похудели на 3–5 килограммов.

Распорядок дня был простым. В 5 часов утра просыпались, умывались, завтракали. С 6.30 в тюрьме начиналось движение — кого-то уводили на допросы, приводили новеньких, забирали старых. Затем все успокаивалось, и каждый занимался своим делом. Спать днем не возбранялось, и поначалу отсыпались, а затем для поддержания формы стали заниматься зарядкой — отжимались, подтягивались, качали пресс, используя в качестве спортивных снарядов тюремные двухъярусные кровати. Посмотреть на эти кульбиты собиралась вся тюрьма, даже крутые кэмэлы уважительно поглядывали на русских. Играли в карты. Опять спали. В закрытом помещении время теряет смысл.

Вечера «Союз нерушимый» проводил в разговорах, расспросах и рассказах. Даже несколько грузинских слов выучили. А перед сном один из ребят рассказывал о звездах и планетах — в детстве он увлекался астрономией.

На свободу — с чистым паспортом

На четвертый день двоим из наших неожиданно приказали собираться. Все решили, что их выпускают. Ребята уходили радостные, не взяв с собой ни тапочек, ни туалетных принадлежностей, ни денег. Даже драгоценную кружку, которая у них была одна на двоих, отдали. Все это могло пригодиться тем, кто оставался...

Но к полудню выяснилось, что ребят перевели в другую тюрьму. Наши бросились звонить в российское представительство: узнайте, куда перевели, займите денег, у них нет даже на тапочки и кружки. В ответ услышали: по нашим сведениям, никого никуда не переводят, вы зря беспокоитесь. Больше звонить не стали. Давид через охранников выяснил, что произошло. Полицию беспокоила слишком большая плотность русскоязычной диаспоры на единицу тюремной площади. Буквально накануне в соседней тюрьме два наших соотечественника устроили дебош. Обидевшись на следователя, они решили организовать показательное выступление. Один держал дверь, а второй, оказавшийся мастером спорта по вольной борьбе, принимал вбегавших по одному охранников, нейтрализовывал и укладывал штабелями. Таким образом была обезврежена практически вся охрана тюрьмы. После совершенного подвига они, гордые и довольные, сдались подоспевшему полицейскому подкреплению. После вежливого допроса их отправили обратно в камеру. Затем судили, но оправдали — тюремное ведомство решило не позориться и замять неприятный инцидент...

Оставшиеся десять дней наши ребята провели в компании закавказских друзей по несчастью. И наступил, наконец, день четырнадцатый. В 6.00 их накормили, в 6.30 надели наручники, посадили в микроавтобус с решетками на окошках и отвезли в суд. Сюда же из другой тюрьмы привезли их товарищей. В 12.00 всех вывели в небольшой зал, посадили в загон для обвиняемых, сделали фамильную перекличку, и судья зачитал приговор: «Вы обвиняетесь в распитии спиртных напитков в стране, где это запрещено законом. Наказание вы уже понесли, отсидев в тюрьме две недели. После оформления соответствующих документов вы будете выпущены на свободу». О депортации не было сказано ни слова. То есть выпускали чистыми.

Суд длился пять минут, после чего наших опять развезли по тюрьмам. Пока оформлялись документы, ребята позвонили в представительство и сообщили радостную весть о скором выходе на свободу. На другом конце провода очень удивились: «Как? Вас уже выпускают? Вы не торопитесь, посидите еще, мы сейчас не можем за вами приехать». Ребята ответили: «Мы сами доберемся, вы заберите остальных — у них нет денег на такси, и города они не знают». В ответ услышали: «Да, да, конечно».

До конторы троица добиралась пешком. Еще через полчаса появились двое остальных. Их, естественно, никто не встретил, а деньги на такси помогли собрать в тюрьме. В российском представительстве на соотечественников посмотрели холодно. Но когда узнали, что они освобождены без депортации и как отбывшие наказание чисты в глазах местного правосудия, настроение изменилось: «Ну, тогда все в порядке. Отправляйтесь домой на положенный отдых, а затем — опять на работу, нам нужны хорошие специалисты». Ребята сутки прожили в гостинице и на следующий вечер улетели на родину.

А мораль истории сей, уважаемые сограждане, такова. Отправляясь на работу или на отдых в далекую экзотическую страну, изучите по мере возможности ее законы и обычаи. И помните: за границей российским гражданам можно надеяться только на свои силы.

Дата публикации: 6 марта 2026