В дебрях Ямала. Часть 2
ЯРКИЙ МИР
«Секретные материалы 20 века» №11(345), 2012
В дебрях Ямала. Часть 2
Александр Новиков
журналист
Санкт-Петербург
1502
В дебрях Ямала. Часть 2
Пастбище оленей на Ямале

Итак, я снова в Овгорте. Был тут недолго в 1988 году, «сваливаясь» с Урала на резиновой лодке по Сыне. Но тогда это был спортивно-ознакомительный поход, хотя и в свете поисков снежного человека. Теперь есть шанс провести опрос среди местных жителей перед новой попыткой попасть на Софьины горы.


Часть 1   >

Большим событием стало для меня общение с Анной Яковлевной Вальгамовой. С ее дочерью Светланой я встречался в краеведческом музее Овгорта. Она рассказала мне тогда о хантыйском «медвежьем празднике», обещала познакомить со своей матерью, пригласив домой. Анну Яковлевну и до этого многие мне представляли как знатока именно тех мест, куда я стремился.

Каково же было мое удивление, когда, войдя в дом, я узнал в хозяйке одну из пассажирок с «Омика». Она тогда с внучкой возвращалась из Мужей. И обе были в живописных национальных нарядах, украшенных яркими хантыйскими узорами. После взаимных приветствий меня, по обычаю, гостеприимно позвали к столу. Все очень напоминало памирский дастархан. Даже невысокий столик. Но статус женщины у северных хантов неизмеримо выше, чем в Средней Азии.

Выслушав объяснение о том, что у товарищей кончился отпуск и вообще они устали, хозяйка предупредила: «Нельзя на Кемпаж ходить одному. Плохое место, святое место!» Надо сказать, что большего противоречия в ее силлогизме «плохое – святое» нет. Для человека неподготовленного, слабого эзотерическое явление может иметь плохие последствия. А для сильного этот опыт благоприятен.

– А чем оно плохое?

– Там живут мекки. Когда мои дочери были маленькие, мы вместе с покойным мужем пасли там оленей. Очень часто слышали по ночам крики, свист. Очень страшно бывало. Жить там нельзя!

– Давно ли там перестали пасти оленей?

– Больше двадцати лет прошло. Тропы все заросли…

– А мекка, Анна Яковлевна, видел кто-нибудь или только слышали его крики?

– Видели не раз, муж на ворге (ворга – тропа оленеводов. – А. Н.) встречал его. Олени чуют раньше и отказываются идти. Смотреть на него невыносимо. А тридцать лет назад недалеко отсюда на Несъегане был случай. Есть тут место. Патыкорт-соим называется. Там у нас чумы стояли. Однажды вечером по осени мужа моего мекк схватил и держал силой. Иван Ермолаевич говорил ему, что, мол, отпусти – у меня семья, дети. Он отпустил, но ушел не сразу, а отойдя метров на десять, постоял, посмотрел. Муж говорит потом: «Смотрел я на него через силу, лицо все покрыто волосами. Даже глаз не видно». После ушел. До этого случая по ночам тревожил оленей.

Поговорили про Софьины горы. Анна Яковлевна сказала, что туда и охотники не ходят, а куда ты идешь один? Что можно на это ответить? Я сам себе кнут и погонщик.

А вот что рассказала ее дочь Светлана Ивановна: «У моего мужа есть родная сестра. Когда ей было шесть лет, жила она в деревне с родителями на Святом мысу, у самого устья Сыни. Однажды в конце июля собирала морошку. И неожиданно была схвачена и унесена вглубь тайги «волосатой тетенькой». Та носила ее по тайге трое суток, а потом вынесла к берегу и оставила там, как раз перед приходом рыбаков. Они и принесли насмерть перепуганного ребенка домой.

Деталей этой истории узнать не удалось, да и не хотелось быть слишком назойливым: случай с похищенным ребенком довольно типичен. Надеюсь, когда-то сам расспрошу эту женщину. Тут существенно другое: в конце июля здесь за трое суток не то что ребенок, но любой взрослый, заблудившись, может погибнуть от одних лишь комаров. А значит, за это время девочка действительно оберегалась кем-то... Между тем людей тут мало, все на виду...

Напоследок Анна Яковлевна добавила про Кемпаж, что в его верховьях есть старая деревня – «святое место», куда им (женщинам) ходить было нельзя.

Общее впечатление от нашего разговора было сокрушительным и неожиданным. Видимо, я чем-то расположил женщин – может быть, тем, что не охотник? А может, невысокомерным интересом к их традиционной культуре. Но идти туда они мне не советовали: «Куда? Такой молодой... Наверное, мать есть... Не надо это знать!»

Я понял, что упомянутая при разговоре «старая деревня» в верховьях Кемпажа – это и есть последняя стоянка менквов (мекков) на их пути с небес и моря на Софьины горы. Было еще предположение, что местные жители просто нагоняют страх, рассказывая про менквов и стараясь тем самым отвести от своих святынь. Но дело-то в том, что феномены сильных воздействий на психику человека существуют в этих местах сами по себе. Такие влияния испытывали люди совершенно далекие от поисков историко-этнографического характера и уж тем более далекие от мистики. Создается впечатление, что сами «святыни» во всем этом вторичны, но первичны именно феномены.

Весь опыт моих поисков говорит однозначно: феномен йети, алмасты, чучунаа связан с совершенно конкретными территориями. Местная ханты-мансийская «застава менквов» (именно так называют культовый объект с их изображениями этнографы) находится на каком-то магическом «порубежье»... Опять же, на Памиро-Алае была ситуация, сходная с северной. Там местные жители в районе Гиссарского хребта утверждали, что гуль (это одно из названий йети в Таджикистане) охраняет подступы к местным святыням. Видимо, все это имеет прямое отношение к поэме Низами «Искандернаме», где в главе с примечательным названием «Русы выпускают в бой неведомое существо» рассказываются удивительные вещи. Грозный гигант в поэме Низами назван именем Ариман, что сразу воскрешает в памяти более древние сведения Геродота об одноглазых аримаспах, обитавших далеко на Севере рядом с гипербореями. Вопрос об одноглазости гигантов-антропоидов довольно сложен. Судя по определенной информации, какие-то аномалии развития, возможно, имелись... Но все можно объяснить гиперфункцией эпифиза, небольшой шишковидной железы, спрятанной в глубине полушарий мозга у всех высших приматов. Впервые этот орган был описан западноевропейским средневековым анатомом Андреасом Везалием. В оккультных системах Запада и Востока загадочную железу называют третьим глазом, и древние мистики придавали ей большое значение. Известно также, что эпифиз развивается, как правило, в процессе адаптации организма к темноте (все йети ведут ночной образ жизни), и одновременно с этим железа является якобы источником астральной энергии, столь необходимой при суггестивном воздействии на окружающих. По другим данным, функции эпифиза блокируются алкоголем. Как тут не вспомнить про гомеровского одноглазого циклопа-великана, которого аргонавты одолели в пещере с помощью вина. Опять же, в Гималаях ячменное пиво является традиционным и испытанным средством борьбы местных жителей с нашествиями йети на возделанные поля. Едва ли все это просто случайность.

С личностью Александра Македонского устная традиция связывает миф про Гога и Магога. Но сам миф древнее; существует как библейский его вариант в пророчестве Иезекииля, так и коранический. Во многих источниках обыгрывается такая мысль, что знаменитый полководец дошел до крайних пределов человеческой ойкумены и поставил там между двух гор «железные ворота», которым надлежит до определенного срока удерживать апокалиптический напор Гога и Магога... Рискую предположить, что предиктор этого мифа породил даже знаменитый «железный занавес» – термин эпохи холодной войны; причем определять, с какой стороны «занавеса» находится Гог и Магог, остается делом вкуса и по сей день. Но сама традиция однозначно рисует место установки «ворот» в полном соответствии с поэмой «Искандернаме»: узкая горная щель («...Узок путь к той горе, страшно думать о нем»), где как раз и находится обитель таинственных гигантов «с телом железным».

Есть разные версии о том, где именно были установлены Македонским магические «ворота». Но скорее всего, их несколько. И не только в Азии.

Несомненно, под символикой «железных ворот» скрыто нечто метафизическое, о чем можно только догадываться или строить гипотетические умозаключения. Возможно, что полководец действительно сталкивался с какими-то феноменами на своем пути. И это неведомое-невероятное давало ему новый импульс исторической миссии... Думаю, не зря египетские жрецы объявили царя Александра богом на земле, а в самых ранних христианских храмах Руси – например, во Владимире – его барельеф почетно украшал фронтальную часть. Как бы там ни было, но почти во всех местах, претендующих на название «железные ворота», наблюдаются паранормальные явления и бытуют рассказы о «диких людях» очень высокого роста, которые оставляют после себя гигантские следы, свистят и пугают прохожих.

В поэме «Искандернаме» русам приписывается способность приручать гигантов для использования их в военных целях в качестве совершенной боевой машины. Информация, скажем так, феноменальная и, возможно, объясняющая, почему в библейском пророчестве Иезекииля рядом с Гогом и Магогом упоминается «князь Роша».

У Низами Ариман грозен и покорен русам. Но лишь в закованном состоянии:

Был он пешим, но враг его каждый охотней

Повстречался бы в схватке со всадников сотней...

Он был за ногу цепью привязан; она

Многовесна была, и крепка, и длинна...

Низами даже довольно подробно описал процесс поимки этих существ русами. Их ловили в лесах во время сна на деревьях, для чего собиралось около 50 человек охотников. Обвязав спящего гиганта веревками, его затем сталкивали вниз, заковывали цепью и уводили с собой. Если цепь от усилий существа не разрывалась (а бывало, видимо, и такое, к несчастью охотников), то русы обретали хорошего и послушного работника в мирное время и отличное «тайное оружие» на случай войны.

Не исключено, что использование гигантов в военных целях было даже отличительной особенностью древнерусской боевой традиции, своеобразным «ноу-хау» от более архаичных гиперборейских времен.

В памяти отечественной литературы есть одно интересное свидетельство, незамеченное исследователями проблемы йети и связанное с историей покорения Сибирского ханства казаками под предводительством Ермака Тимофеевича. Согласно «Летописи Сибирской краткой Кунгурской», случай имел место в мансийском княжестве Пелым, находившемся как раз на территории будущего Ханты-Мансийского национального округа, столь известного своими менквами. После первых успехов в Сибири Ермак с войском собирался возвратиться на европейскую часть. Но по разным причинам не смог, и в Чандырском городке местный шаман напророчил атаману, что придется ему с казаками зазимовать на озере Карача-куль. А затем уже, после зимовки, они окончательно покорят Сибирское ханство. Так вот, одной из первых побед после этого была победа над пелымским князьком Патликом, данником Кучумовым. Но в летописи есть интересное для нас место: «И ту убиша багатыря две сажени высоты и хотъша жива свъсти с собою, но не далъся – ухватом человекъ десять загребъть и давитъ, и того застрелиша на чюдо».

Богатырь был явно не татарин и не манси – Ермак тогда в плен никого не брал. Да и фраза «застрелиша на чюдо» полностью исключает это: велико ли тогда для казаков было «чюдо» – мертвый татарский воин, пусть и высокого роста? Примечательно другое. Столкнувшись с явно враждебным и мощным богатырем, русские пытались вначале обуздать его и взять с собой, на войну, словно повинуясь какой-то древней боевой традиции... Но не вышло – пришлось убить.

Теперь о размерах гиганта. Две сажени роста – понятие растяжимое, так как сажень на Руси как минимум трех видов: обыкновенная (2,13 метра), косая (2,48 метра) и маховая (1,76 метра), на ширину раскинутых рук. Даже если предположить, что речь в летописи идет о самой маленькой маховой сажени, то все равно рост гиганта составлял около 3,5 метра. И неудивительно, что он давил по десять человек кряду.

Другой особенностью события является то, что случилось оно примерно там же, где в середине XIХ века будет убит типичный ханты-мансийский снежный человек. В историю случай войдет под названием «Березовское чудо». Вот что сообщал ежегодник Тобольского губернского музея за 1907 год: «Осенью 1845 года промышленники – остяк Фалалей Лыкысов и самоед Обыль – убили в урмане (то есть в хвойном лесу. – А. Н.) необыкновенное чудовище: постав человеческий, рост аршин трех, глаза – один на лбу, а другой на щеке, шкура довольно толстой шерсти, потоннее собольей, скулы голыя, у рук вместо пальцев когти, у ног пальцев не имел, мужского пола. Отставной урядник Андрей Шахов послал об этом 16 декабря 1845 года доношение в Березовский земский суд».

По данному делу было заведено следствие с пристрастным допросом Обыля и Лыкысова. Уже в наше время исследователь проблемы снежного человека Владимир Пушкарев обнаружил в краеведческом музее Салехарда материалы следствия. Вот что там сказано со слов участников происшествия. «Обыль объяснил, что вместе с Фалалеем нашел в лесу какое-то чудовище, облаянное собаками, от коих он оборонялся своими руками. По приближении 15 сажень сбоку из заряженного ружья Фалалей стрелял в оного чудовища, которое и пало на землю. Осмотрели его со всех сторон, орудия при нем никакого не было, роста 3 аршина (примерно 2,10–2,20 метра. – А. Н.), мохнатый, не имелось шерсти только на носу и на щеках, шерсть густая, длиной в полвершка, цвету черноватого, у ног перстов нет, пяты востроватые, у ног персты с когтями, для испытания разрезывали тело, которое имеет вид черноватый, и кровь черноватая, тело чудовища сего оставили без предохранения на том месте».

К сожалению, все розыски по этому делу ни к чему не привели. Труп ханты-мансийского йети так и не попал в распоряжение следствия и научной общественности дореволюционной России. Местные жители долго водили за нос судебных исправников, то ли из суеверного ужаса перед лесными менквами, то ли опасаясь преследования со стороны официальных властей. И это неудивительно – существо-то человекоподобное! А кому охота на каторгу? В общем, труп не нашли. Скорее всего, его растащили по косточкам звери.

Тема таинственных «диких лесных людей» буквально пронизывает мифологию хантов, манси и ненцев. Но в силу того, что наряду с этим в сказках, былинах и рассказах принимает участие целый сонм несомненных богов и духов, то картина невольно маскируется. Впрочем, этнографы из наиболее внимательных уже давно отличали нашего «ископаемого» от чисто спиритуальных объектов. Так, Н. В. Лукина в предисловии к книге «Мифы, предания, сказки хантов и манси» пишет: «В архивных материалах В. Н. Чернецова (известный этнограф, археолог и лингвист. – А. Н.) имеется такая запись: «В Нижних Нарыкарах я встретил старика И. П. Яркина, который в присутствии взрослых и детей убежденно рассказывал о том, как он повстречался с одноглазым менквом...» Подобную убежденность в реальности своих рассказов высказывали и наши информанты.

Еще одна группа посвящена «лесным людям». Они известны под разными именами: Мис, Миш, Унху, Ворлунк и другими. Уже у манси различаются «Вор-Мис-нэ» («Лесная женщина Мис») и «Вит-Мис-нэ» («Водяная женщина Мис»). Иногда рассказчики называют их духами. Но чаще подчеркивают, что это такие же люди, как мы. У хантов и манси существует большой цикл рассказов о менквах, считающихся в некоторых районах родителями лесных людей. В рассказах повествуется о встречах с этими существами».

Как видим, ханты и манси знают несколько разновидностей «лесных людей», по крайней мере три. В целом это соответствует устоявшейся классификации йети в стране шерпов – Гималаях и Тибете. Даже гималайское слово «йети» является точной калькой одного из названий «дикого человека» из ханты-мансийской тайги, где менквов иначе называют «утти» или «уччи». Мир воистину тесен! Но он покажется нам еще более тесным, если мы обратимся к древнескандинавским сагам. В них вплетены очень древние бывальщины про полувеликанов «утилегуманнов», которые обитали в незапамятные времена в диких местах Скандии и Исландии. Еще они известны как «хримтурсы» или «инеистые великаны». Герои саг вступают с ними в поединки и битвы.

Словом «уччи» («утти») ханты и манси называют именно злых «диких людей», людоедов, отличая их от народа мис, чьи особи могут принести счастье, а также и от менквов, которые могут быть как добрыми, так и злыми. Но «уччи» («утти») могут быть только злыми. И точно такой же смысл содержался в слове «йети» на тот момент, когда европейцы впервые столкнулись с этим феноменом: «ужасный снежный человек» или что-то в этом роде.

Слово «уччи» («утти», «ущи») мы можем встретить на Кавказе: Ушба, знаменитая вершина Сванетии, означает в переводе «гора духов». А принимая во внимание необычайную важность проблемы гигантов-великанов для наших древнейших предков, мы можем с полным правом предположить, что и русское слово «ужас» имеет в своем этимологическом корне название антропоидов-людоедов по типу: пан – панический; ущ – ужасный... Не будем забывать, что более 70 процентов всех языков и наречий мира принадлежат к так называемой ностратической языковой семье и восходят к одним и тем же базисным фонетическим конструкциям.

Параллель «утти – йети – утилегуманны» далеко не единственная. Во многих районах Памира «дикого человека» называют словом «гуль». Термин известен и у нас на Севере, но в основном не у хантов и манси, а у коми, по линии ираноязычного родства. Слово «куль» на северо-востоке является, пожалуй, наиболее распространенным названием феномена. Да и хантейское «менкв» очень напоминает одно из имен снежного человека, но уже в Тибете: Мун-ми-ге – это как бы произнесенная скороговоркой тибетская форма. Известно, что под воздействием времени, пространства и фонетических возможностей говорящих гласные звуки «выпадают» или изменяются гораздо сильнее, чем более консервативные согласные.

Лингвическое родство имени снежного человека («инеистого полувеликана») в регионах, разделяемых по крайней мере пятью тысячами километров (Гималаи – низовья Оби), являются хорошим дополнением к тем его характеристикам и свойствам, о которых уже написано немало. Как у нас на Севере, так и в Гималаях существо отличается большим ростом, оставляет после себя гигантские следы с характерно отставленным большим пальцем, ведет преимущественно ночной образ жизни, зимой впадает в спячку подобно медведям и, кроме того, способно с помощью своей энергетики, своего биополя воздействовать на психику человека. Это проявляется в виде сильных психических переживаний, вплоть до галлюцинаций и непродолжительного паралича. Но еще об одном общем признаке надо сказать особо. Это – остроголовость йети и менквов.

Как мы уже знаем, легендарные менквы, поднимаясь по Оби, Ляпину и Кемпажу в самые верховья, оставляли после себя своеобразные «стоянки», превратившиеся со временем усилиями угров в культовые места – сат менкв. В глухих уголках угроской тайги и ныне можно встретить семерку деревянных идолов, стоящих на укромной полянке в ряд. Один раз в семь лет местные жители по традиции подновляли идолов, заменяя лиственничные чурки и поднося им угощение. По сути, это мистерия. У хантов и манси до сих пор существует культ менквов. Возможно, его первоначальный смысл уже утерян, но во всех без исключения сакральных объектах такого рода идолы изображены только остроголовыми. Попытки некоторых исследователей объяснить это через «шлемообразие» таежных воинов не выдержали критики, поскольку менквы, согласно ханты-мансийской легенде, являются неудачной моделью человека, которая была создана Богом после большой огненной катастрофы.

Вот как описывают посещение одной из таких стоянок, или «застав», менквов этнографы И. Н. Гемуев, А. М. Сагалаев и А. И. Соловьев:

«Во время одного из походов, целью которого было обнаружение остатков древнего святилища, проводник вывел нас на гриву, поросшую елями и мелким березняком. Место было пустынное, до ближайшего жилья не менее 50 километров. Здесь на небольшой поляне в призрачных сумерках летней ночи мы увидели семь деревянных изваяний. Обернутые белой тканью, они были хорошо заметны на фоне темной стены древесных стволов. Менквы, согласно угорской традиции, были изображены как люди с остроконечными головами».

А теперь для сравнения обратимся к книге покорителя Эвереста – сэра Эдмунда Хиллари, написанной им в соавторстве с Десмондом Дойгом, «На холодных вершинах». Общий скептический тон книги в отношении существования йети обусловлен, на мой взгляд, излишней самонадеянностью западного стиля вообще, при котором твердое «да» говорится при наличии стопроцентного результата, но при отсутствии такового говорится не менее твердое «нет». Так вот, дело происходит в небольшом монастыре Кхумджунг, недалеко от Эвереста, где у лам хранится главная святыня – скальп йети.

«Над деревней, прямо под самой остроконечной скальной башней Кхумбилы, расположился маленький монастырь, где семь дней в году разыгрывается действо с убийством снежного человека и чудесным приобретением самой драгоценной реликвии монастыря — скальпа снежного человека… Всем нам, несмотря на длинные нечесаные волосы, скальп оказался велик на размер или больше. Это был таинственный предмет, куполообразный и покрытый редкой черной и красновато-коричневой щетиной, очевидно, очень старый. По всем признакам это скальп крупного антропоида, самый вероятный претендент – «горная горилла». От основания до острой макушки скальп имел 20 сантиметров и 7 в поперечнике; длина овального основания 25 сантиметров. Толщина жесткой почерневшей шкуры была от пяти до трех миллиметров, длина окружности основания 70 сантиметров».

Возможно, и в нашей тайге где-нибудь хранится среди шаманского инвентаря скальп или даже шкура настоящего менква. Но трудно рассчитывать на большую открытость местных жителей в этом вопросе, учитывая, что шаманы подвергались в былые годы гонениям со стороны властей. И все же нельзя не заметить поразительного сходства в отношении местных жителей к «остроголовым объектам» там, в Гималаях, и у нас – в тайге. Оно почтительное, и даже весьма! Ламы в Гималаях семь дней в году устраивают торжественную мистерию с ритуальным надеванием скальпа йети. А угорские шаманы один раз в семь лет переодевают и «кормят» семерку деревянных идолов, изображающих менквов. Опять же, сходные названия объектов, остроголовость... Тут есть о чем задуматься даже скептикам. Наша тайга хранит еще немало тайн.


Читать далее   >


7 мая 2012


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
8075164
Александр Егоров
907839
Татьяна Алексеева
745726
Татьяна Минасян
315552
Яна Титова
241793
Сергей Леонов
214728
Татьяна Алексеева
177198
Наталья Матвеева
171679
Валерий Колодяжный
166167
Светлана Белоусова
156804
Борис Ходоровский
154520
Павел Ганипровский
129900
Сергей Леонов
111711
Виктор Фишман
95369
Павел Виноградов
91514
Наталья Дементьева
86956
Редакция
83771
Борис Ходоровский
82963
Станислав Бернев
74536