КРИМИНАЛ
«Секретные материалы 20 века» №8(524), 2019
Аферисты в Смольном
Станислав Бернев
историк
Санкт-Петербург
2198
Аферисты в Смольном
Автомобили у Смольного

17 августа 1934 года из 4-го подъезда Большого дома на пр. Володарского (Литейном), 4, вышел фельдъегерь Отдела связи УНКВД Ленинградской области. Он сел в уже поджидавшую его легковую автомашину марки «Форд «А» и по привычному маршруту поехал в Ленинградский обком ВКП(б), располагавшийся в Смольном. 

Через 10 минут машина остановилась у центрального подъезда Смольного. Фельдъегерь вышел из машины, прошел мимо памятника Ленину поднялся по ступеням и зашел в центральный подъезд здания. На входе, как всегда, стояли двое вахтеров комендатуры, поприветствовав которых и предъявив удостоверение, он вошел в здание. 

Фельдъегерей в отделе связи УНКВД, которые ежедневно доставляли документы в Смольный, было немного, поэтому сотрудники комендатуры знали их всех в лицо, и документы проверяли чисто формально. 

В здании фельдъегерь сразу поднялся по центральной широкой лестнице на 3-й этаж и направился в левое крыло Смольного. Пройдя несколько десятков метров, повернул налево в малый коридор, в конце которого по левой стороне располагался кабинет первого секретаря обкома ВКП(б) Сергея Кирова, а с правой стороны в нескольких метрах от входа в коридор располагалась секретная часть Ленинградского обкома. Зайдя в секретную часть и плотно закрыв за собой дверь, фельдъегерь оказался в небольшом коридорчике с несколькими дверями. Он остановился у небольшого деревянного столика, открыл портфель, достал запечатанный конверт с адресом «Смольный. 2-му секретарю Ленинградского обкома партии т. Чудову» и постучал в окно для приема почты, которое располагалось в стене.

Окно открыла сама заведующая секретной частью Платонова, которая одновременно являлась также и помощником заведующего особого сектора обкома Свешникова. 

Она взяла запечатанный сургучом конверт для Чудова и расписалась в реестре за его получение. Фельдъегерь попрощался, возвратился в ожидавший его у подъезда Смольного автомобиль и поехал дальше развозить почту по своему маршруту. 

Распечатав конверт, заведующая секретной частью Платонова открыла контрольный журнал городской входящей почты, в котором зарегистрировала служебную записку с входящим номером № 322/25 с грифом «Сов. секретно» от «Заместителя начальника УНКВД СССР по Ленобласти Запорожца для Чудова». 

Вечером второй секретарь Ленинградского обкома Михаил Чудов читал следующее неприятное для него послание: «За последние три месяца ОПЕРОДОМ УНКВД был выявлен ряд аферистов, которые, выдавая себя за членов ВКП(б), ВЛКСМ и за членов ВЦИК или за родственников и друзей руководящих работников, добивались получения различных льгот, пособий, путевок и т. д.

19 мая 1934 г., на основании поступивших из комендатуры Смольного материалов, был арестован гражданин Поднек Константин Петрович, 1879 г., уроженец Латвии, подданный СССР.

Собранными материалами было установлено, что Поднек К. П., бывший прапорщик царской армии, в 1920 г. был арестован ЧК за самозванство, так как выдавал себя за члена Правительства; в 1923 г. Поднек был арестован органами ОГПУ за присвоение себе звания члена Правительства, а именно Поднек отпечатал свой фотопортрет с надписью: «Поднек – народный комиссар по борьбе с контрреволюцией». За указанное самозванство и использование его в корыстных целях Поднек был осужден к 3 годам высылки.

В 1927 г. в г. Кунгур Поднек вновь был арестован угрозыском за то, что, называя себя членом ВЦИК и горным инженером, за взятки хлопотал об освобождении осужденных.

В 1929 г. Поднек, будучи в г. Москве, выдавал себя за члена ВЦИК в корыстных целях, за что был осужден органами ОГПУ к 3 годам лишения свободы с отбытием наказания в концлагере.

Осенью 1933 года Поднек, отбыв срок наказания, прибыл в Ленинград и явился в Смольный, где предоставил ложную автобиографию, в которой указал на личное свое знакомство с Лениным и Сталиным, а также написал, что он является активным участником Гражданской войны, членом коллегии Наркомпрода и начальником ГПУ в Карелии. На основании только словесного заявления и ложной автобиографии, никем не проверенной, Поднек получил звание Красного Партизана.

Кроме того, Поднек вошел в доверие к ряду работников Смольного, и Президиум Ленсовета вынес специальное постановление, за подписью заместителя председателя облисполкома т. Смирнова, с ходатайством о выдаче Поднеку персональной пенсии».

В общем, в течение года мошенник Поднек был своим человеком в Смольном. Он получил обставленную прекрасной мебелью комнату, дачу, ежемесячно имел денежные пособия и продукты, пользовался закрытой столовой в Смольном и другими льготами. Одновременно, используя свои связи, он хлопотал об осужденных и о восстановлении в правах своих знакомых, попавших в категорию «лишенцев».

Из дальнейшего содержание записки следовало, что Поднек не был каким-то единичным явлением. С меньшей наглостью действовал другой завсегдатай Смольного, некий Федоров, который в течение года выдавал себя за родственника бывшего секретаря обкома Никулина, а решал вопросы по телефону от имени третьего секретаря обкома Ирклиса. Какие вопросы? Устройство знакомых на работу, пошивка костюма для знакомой, трамвайная карточка для себя лично и, конечно, денежные пособия.

25 мая 1934 года в здании Смольного ОПЕРОДОМ был задержан другой мелкий аферист, Александр Федорович Мещеряков, выдававший себя за преподавателя – доцента Ленинградского отделения Института заочного образования партийного актива и на этом основании получивший, помимо денежного пособия, отремонтированную за счет Ленсовета комнату, а также «верхнюю одежду» в качестве бонуса. 

На самом деле Мещеряков был исключен из комсомола, не имел законченного высшего образования, а из института вылетел по несоответствию. Документ о том, что он является преподавателем института, Мещеряков подделал сам, подчистив украденную им из канцелярии справку. Несмотря на грубую подделку, никто в Смольном не сделал попытки проверить и выявить самозванца.

Благодетелем Федорова и Мещерякова выступил отвечавший за выделение пособий и других форм материальной помощи товарищ Чудин.

Продолжим цитирование документа: «8 мая 1934 года ОПЕРОДОМ УНКВД была арестована Лескова Анна Ивановна, которая, похитив чистый бланк учетной карточки, обманным путем получила партийный билет в парторганизации г. Макеевки. Кроме того, Лескова сделала себе фиктивную справку об окончании Днепропетровского строительного института, согласно которой, прибыв в Ленинград, занимала ряд различных руководящих должностей (техник, прораб, научный работник и т. д.) благодаря содействию из Смольного».

Впрочем, представители сильного пола среди аферистов явно доминировали. За месяц до Лесковой сотрудниками ОПЕРОД был задержан Анатолий Порфирьевич Пылаев, который выдавал себя за родного брата ответственного работника, уполномоченного Наркомтяжпрома Георгия Пылаева (расстрелянного в 1937 году). Проникнув в Смольный, он украл бланк и оформил себе фальшивое направление на работу в техникум общественного питания, где стал помощником заведующего учебной частью. Работал бы себе спокойно, но вздумал «распространять среди своих знакомых разные слухи, дискредитирующие членов Правительства СССР».

Еще один пассаж из документа: «В июле комендатурой Смольного было обращено внимание на гражданина, постоянно посещающего Смольный. Указанный гражданин в разговоре с работниками Смольного говорил, что он лично знаком с тт. Кировым, Медведем, Чудовым, Запорожец, Кодацким и Струппе, которые якобы, приезжая на охоту, у него останавливаются. При проверке документов указанный гражданин оказался Фотеевым Иваном Васильевичем, единоличником-крестьянином, проживавшим в деревне Мыслино Усадищенского с/с Волховского района».

Почтенные имена Кирова, председателя исполкома горсовета Кодацкого, второго секретаря обкома Чудова и даже собственных начальников Медведя и Запорожца чекистов не впечатлили, и наглого гражданина они арестовали. 

На допросах Фотеев признался, что получал путевки на курорты, продукты из спецраспределителя, а также пропуска на трибуну в дни празднеств. Свое благосостояние он объяснял односельчанам очень своеобразно: мол, сдавая государству четыре пуда хлеба, получает столько же белой муки. А если бы все стали белой муки требовать?

Упомянутые персонажи были осуждены на различные сроки, а товарищу Чудову в конце цитированного письма чекисты делали небольшую выволочку: «Все вышеперечисленные мошенничества и самозванства явились, очевидно, следствием излишней доверчивости и близорукости целого ряда работников Смольного, которые на основании только словесных заявлений различных проходимцев и авантюристов, сочинявших всякие небылицы, не только разрешали выдачи всякого рода пособий, квартир, мебели, продуктов, одежды и т. п., но даже в (случае с Поднеком) возбуждали специальные постановления о присвоении персональных пенсий. Во всех приведенных случаях никакой проверка личности заявителей-аферистов со стороны работников Смольного не производилось».

Чудов правильные выводы сделал, изложив содержание записки на ближайшем заседании секретариата обкома, которое состоялось 22 августа 1934 года. 

«Постановили: поручить тт. Низовцеву, Медведю, Пухову, Супоневу совместно с заинтересованными организациями разработать конкретные мероприятия об установлении порядка помощи обращающимся в основные организации Смольного».

Протокол заседания, поместили в «Особую папку» («Совершенно секретно особой важности») и сдали в архив. К слову, вся страна в 1934 году с удовольствием читала «Золотого теленка», главный герой которого тоже кем только не представлялся...


1 Апреля 2019


Последние публикации


200 руб.
200 руб.



Выбор читателей

Сергей Леонов
70362
Борис Ходоровский
44086
Богдан Виноградов
36857
Сергей Леонов
24254
Александр Путятин
11028
Дмитрий Митюрин
9646
Светлана Белоусова
9613
Наталья Матвеева
8408
Павел Ганипровский
7528
Богдан Виноградов
6710
Светлана Белоусова
6075
Борис Кронер
5872