ВОЙНА
«СМ-Украина»
Крах рейха на Украине
Анатолий Клёва
журналист
Харьков
50
Крах рейха на Украине
Т-34-85 с десантом идут в бой за станцию Раздельная в районе Одессы. 3-й Украинский фронт. 1944

После уничтожения сил противника в Корсунь-Шевченковском котле Красная армия получила возможность начать изгнание захватчиков из Правобережной Украины. Для этого нужно было освободить юго-западные регионы, отсечь и разбить никопольско-криворожскую немецко-фашистскую группировку. Ставка Сталина решила развернуть в начале 1944 года наступление трех Украинских фронтов против немецких армий групп «Юг» и «А». Предусматривалось ударами от Овруча до Херсона разбить противника по частям и выйти к рекам Южный Буг, Ингулец и Днестр. Вторым этапом должна была стать Уманско-Батушанская операция, призванная вывести советские войска на довоенную границу СССР с Румынией и заложить базу продвижения на Балканы.

УДАР ТРЁХ ФРОНТОВ

Январское наступление в районе Никополя и Кривого Рога войск 3-го и 4-го Украинских фронтов было успешным, но лишь незначительно потеснило врага. Эту территорию Гитлер оберегал не только как ценный для продолжения войны промышленно-рудный регион, но и как плацдарм поддержки войск, заблокированных в Крыму. Ради этого и держал здесь основные силы авиации, 17 пехотных, две танковые и моторизованную дивизии, танковый батальон и восемь дивизионов штурмовых орудий. Чтобы опрокинуть их, Красной армии нужны были пополнение и перегруппировка войск, скоординированные наступления со вторым УФ.

Начальник Генерального штаба маршал Василевский предложил свои соображения по усовершенствованию тактики управления боевыми действиями. Ставка приняла их. И за пять суток сражений 3-й фронт расчленил 6-ю немецкую армию на две группировки, что позволило 46-й армии Глаголева обойти Кривой Рог с юга и направиться к реке Ингулец, а 8-й армии Чуйкова — к днепровским плавням. Поддерживая соседей, фронт Толбухина силами 3-й гвардейской, 5-й ударной и 28-й армий разгромил последние семь пехотных дивизий неприятеля, все еще удерживавших плацдарм на левом берегу Днепра и снял угрозу удара с тыла. Эти действия позволили 8 февраля 1944 года освободить город Никополь. Ценой больших потерь командующий группой армий «А» фельдмаршал Манштейн отвел уцелевшие войска на запад и сконцентрировал их на обороне другого стратегического для рейха гиганта — Кривого Рога. Но и из него они были выбиты настолько стремительно, что не успели эвакуировать огромные склады и даже взорвать заминированную плотину Криворожской ГЭС. Так была существенно сокращена линия фронта на юге.

Германское командование пребывало в растерянности, но полагало, что Красная армия выдохлась за год непрерывных после Сталинграда наступлений и не сможет продолжить активных действий против занявших оборону 83 дивизий, в том числе 18 танковых и четырех моторизованных, еще и потому, что на Правобережье буйствовала непролазная распутица. Немцы молили бога о том, чтобы непогода длилась как можно дольше, что позволило бы им перегруппировать силы и укрепить оборону.

Проанализировав обстановку и состояние войск врага, доклад Жукова о плане дальнейших операций, советское Верховное командование пришло в феврале к выводу: используя оперативную внезапность, продолжить наступление, делать это ударами по всем фронтам от Полесья до устья Днепра. Исходя из этой концепции войскам 1-го, 2-го и 3-го УФ предстояло в начале марта одновременными атаками расчленить главные силы врага, выйти к Карпатам и разорвать немецкий фронт на две части, а войскам 4-го УФ — начать освобождение Крыма.

По замыслу Ставки ГКО 1-й УФ наносит удар во фланг группировки «Юг» с рубежа Дубно, Шепетовка, Любар и, разбив ее, наступает через Чертков на Черновцы, громя проскуровско-винницко-каменец-подольскую группировку и отрезая ей отход на север от Днепра; 2-й УФ, являясь тараном заглавной Уманско-Батушанской операции, разбивает противостоящую ему группировку, разрушает целостность ее фронта и выходит на Бельцы и Яссы; 3-й УФ наступает на Николаев и Одессу с целью закрепления на Днестре и освобождения Одессы. Все это должно было отсечь группу армий «Юг» от группы армий «Центр», лишить ее коммуникаций и отбросить в Румынию. Подобная участь готовилась и группе армий «А».

Несмотря на трудности фронты успешно и скрытно для врага провели перегруппировку и пополнение войск на направлениях главных ударов, в том числе и 750 модернизированными Т-34 и САУ, что вместе создало выгодную оперативно-стратегическую обстановку для наступления.

Директиву Ставки на проведение операции Жуков привез из Москвы 21 февраля. Ознакомив командующих фронтами Ватутина и Конева с ее замыслом, он подчеркнул, что руководить сражением будет Сталин, который просит их высказать соображения, а Конева — детализировать план своего наступления.

ТАНКОВЫЙ ТАРАН КОНЕВА

Против 2-го УФ стояли войска 8-й и 6-й немецких армий, в том числе четыре танковые и две моторизованные дивизии. Самой мощной была группировка на Уманском направлении. На Южном Буге в 80-150 километрах от фронта находились и глубокие резервы. Всего немцы имели здесь 400 тысяч солдат, 3,5 тысячи артстволов, 450 танков и штурмовых орудий, почти 500 самолетов. И хотя враг был измотан в сражении у котла, он оставался серьезной силой, имея за спиной многокилометровую оборонительную полосу, а также укрепрайоны на подступах к реке Горный Тикич.

С учетом этих данных Конев выбирает для прорыва 25-километровый участок фронта Русаловка — Стебне: здесь он сначала разгромит Уманско-Христиновскую группировку, овладеет рубежом Ладыжин — Гайворон, а затем осуществит вклинивание во вражескую оборону.

Его силы состояли из 7 общевойсковых, 3 танковых и воздушной армий. Личный состав был доведен до 480 тысяч человек, имевших 8890 артстволов, в том числе 836 зенитных, 670 танков и САУ, 551 самолет. Фактически фронт после Корсунь-Шевченковского сражения не успел пополниться должным образом. В дивизиях имелось максимум до 5 тысяч человек, в то время как дивизии немцев имели численность вдвое большую. А местность в полосе будущего наступления изобиловала полноводными реками с укрепленными берегами. И Конев предлагает нанести два удара: на направлении главного выступить тремя общевойсковыми и тремя танковыми армиями № 27-й, 52-й, 4-й, а также 2-й, 5-й гвардейской и 6-й танковыми. До этого времени за всю войну ни в одно из сражений не вводилось одновременно три танковые армии. На этот раз маршал предоставлял им право стать силой опрокидывания противника для сохранения своей пехоты на пути к Умани и далее до Ясс. Вспомогательный удар он спланировал по левому крылу фронта на Ново-Украинку и Первомайск.

Конев полагал: поскольку участок предполагаемого прорыва был труднодоступным из-за большого количества рек, враг слабо укрепил его. И удар именно сюда позволял с минимальными затратами расколоть его оборону, оголить фланги, блокировать и перемолоть семь пехотных и две танковые дивизии, засевшие между опорными базами Стебне и Болвиски. С учетом того что фронту противостояли стрелковые дивизии, засевшие в обороне, маршал отводил танковым армиям еще и роль психологического пресса на врага, недавно познавшего ад гусениц Т-34 в корсуньском котле. Фланги наступающих он прикрывал войсками 40-й и 53-й армий, чем заранее лишал противника возможности контратаки, а после взлома обороны обеспечивал успешное введение стальных армий в прорыв. В своем резерве оставлял 5-й гвардейский кавкорпус. Все эти предложения Ставка приняла, и 27 февраля Сталин утвердил с небольшими корректировками сводный план операции. Днем наступления он назначил 6 марта, хотя...

ПОБЕДЫ И ТРАГЕДИИ НА ЮЖНОМ КРЫЛЕ

По его команде 4 марта 1-й УФ, временно возглавляемый Жуковым, перешел  в наступление и успешно развивал его. С учетом этого Сталин после совета с командующими фронтов вносит коррективы в общий план. Группировка Жукова нацеливается на советскую границу по Западному Бугу, выходит на рубеж Тернополь — Проскуров, перерезает железнодорожную магистраль Львов — Одесса, что означало охват с запада основных сил группы «Юг». Конев по-прежнему идет на юго-запад к Пруту. Малиновский должен выйти через Южную Молдавию на госграницу у Нижнего Дуная. А 2-й Белорусский фронт, приковывая к себе немецкую группу армий «Центр», начал наступление на Ковель и Брест.

Узнав все это из оперативных донесений, как и то, что Конев небывало стремительно продвигает свою лавину войск к Яссам, Манштейн взывает к Гитлеру о помощи. Но у того нет резервов. И единственное, что фельдмаршал мог сделать в критической ситуации, подготовиться к худшему и, уходя от угрозы окружения, ослабить центральный участок, перебрасывая танковые соединения за северное крыло группы армий. Произошло то, чего русские и желали: немцы забрали более половины танков от 8-й полевой армии генерала Велера, обрекая ее на крах.

Утром 4 марта фюрер принимал в Восточной Пруссии в «Вольфшанце» Манштейна с докладом о положении войск. Жуков смешал все карты... И если бы не ввод фельдмаршалом двух танковых корпусов Балька и Брайта, а также полка тяжелых танков Бека, то фронт раскрылся бы до самого Тернополя. Но, проронил Манштейн, за спасение северного крыла нам придется платить 8-й армией. Фюрер сделал вид, что не услышал этих слов. Хотя понимал, что Жуков нацеливается на линию Тернополь — Проскуров и пересечет важную для немцев железнодорожную магистраль Львов — Одесса. Решили бросить против него дополнительно 15 дивизий и устроить Жукову сражение под стать Курскому, что 7 марта и было сделано ради спасения проскуровско-винницко-каменецк-подольской группировки. Но 1-й УФ выиграл восьмисугочное побоище и продолжил наступление на юг.

УМАНСКО-БАТУШАНСКАЯ ОПЕРАЦИЯ

Тем временем Конев собрал своих командармов для уточнения действий в весенних условиях, которые по прогнозам не предвещали улучшения погоды.

5 марта в 6 часов 54 минуты, упреждая противника в организации обороны, маршал скомандовал начать артиллерийскую обработку направления главного удара. И свыше тысячи артстволов за 56 минут накрыли в сплошном тумане по заранее подготовленным топографическим расчетам все цели. Наступление в тумане было полной неожиданностью для немцев.

В первый день 27-я армия продвинулась на 13 километров, создав танкистам Богданова выход на оперативный простор. Стремительные Т-34 опередили противника, пытавшегося спрятаться в укрепрайоне за рекой Горный Тикич, захватив там оборонительные рубежи. В ночь на 9 марта танкисты овладели станцией Поташ, захватив при этом около 500 танков, в том числе — 200 исправных, 10 тысяч автомашин, около 350 орудий, 50 складов с оружием и боеприпасами, сотни тонн горючего. Все это тут же было использовано против немцев.

Спустя три дня прорыв расширили до 80 километров, и войска углубились в него. 10 марта была взята Умань — важный пункт, прикрывавший железнодорожные узлы Христиновку и Вапнярку. Разгромив здесь шесть танковых, семь пехотных и артиллерийскую дивизии, а также лишив врага баз снабжения 1-й танковой армии, ударные силы открывают себе путь к Южному Бугу и Днестру. 16 марта они вслед за 1-м УФ перерезают железнодорожную магистраль Львов — Одесса, практически исключив эту главную артерию из сети снабжения немецкого южного крыла и заставив врага перейти на пользование неманевренными коммуникациями через Румынию и Венгрию.

В свою очередь, войска 3-го УФ вышли южнее Кривого Рога в тыл 6-й гитлеровской армии и создали угрозу окружить 13 дивизий. Потеряв значительные силы и много техники, те рассеянными частями бегут за Южный Буг.

Все это значило, что основная вражеская группировка оказалась на грани разгрома. Спасая положение, Манштейн собрал под Умань пять дивизий, в том числе и хваленую «СС-Адольф Гитлер», вооруженные тяжелыми танками и САУ, намереваясь ими разгромить лавину «тридцатьчетверок». Но тщетно: 2-я и 5-я гвардейская армии сломали и этот последний рубеж на подступах к Южному Бугу. Через день танки с десантом выходят к нему, форсируют на 100-километровом участке, чем лишают немцев возможности организовать оборону по правому берегу. Только после этого Конев вводит в сражение 6-ю танковую армию Кравченко. Сметая все заслоны и тылы противника, она мчит к Днестру и 17 марта вместе с передовыми частями войск правого крыла фронта форсирует его южнее Могилев-Подольского.

Поражение 1-й танковой и 8-й полевой армий коренным образом изменило обстановку на южном крыле советско-германского фронта: к 20 марта группировка «Юг» была разорвана на три части, что дало наступающим возможность широкого маневра, а также — начать освобождение Молдавии. Но 1-й УФ потерял много сил на уничтожение подкрепленных из Европы группировок. Сказалось и то, что Манштейн сумел наладить радиоперехват и расшифровку донесений группы прорыва в штаб Жукова и его команды, что позволяло ему предугадывать ходы и ловушки противника. Придет время, и советский маршал именно по этой причине выпустит из «мешка» злого гения Сталинграда генерала Хубе с половиной его танков и войск. Однако на общем фоне разгрома южного крыла фронта личный вклад Жукова в эту победу будет высоко оценен Ставкой, и маршал станет кавалером ордена «Победа» №1.

В ночь на 22 марта Конев получил директиву: нанести удар на юг вдоль восточного берега Днестра, овладеть рубежом Бендеры — Тирасполь — Раздельная, отбросить противника к Черному морю и правым крылом выйти на Прут. Нанося удар силами двух общевойсковых и двух танковых армий на юг по западному берегу Днестра, овладеть рубежом Унгены — Кишинев. Выполняя указание Верховного, войска наносят мощный удар во фланг и тыл группы армий «А», и 25 марта передовые отряды 27-й, 40-й и 52-й армий вышли на государственную границу СССР и Румынии по реке Прут, форсировали ее на участке 85 километров и оказались у города Бельцы.

Освобожденную границу тут же взял под охрану 24-й пограничный полк, чьи заставы в начале войны приняли неравный бой с захватчиком. В тот же вечер Москва салютовала в честь первых вышедших на священные рубежи Родины 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий. То был один из семи салютов участникам операции, которые в это время уже вели бои на территории фашистского сателлита Румынии. Спустя несколько дней Красная армия была на границе СССР с Чехословакией. Вступив на земли Юго-Восточной Европы, она открывала новую страницу летописи разгрома фашизма.

... Ночью 26 марта Конев доложил Верховному итоги проведенной им операции: за 21 день фронт продвинулся на запад на 320 километров, уничтожив свыше 62 тысяч фашистов, в том числе — шесть батальонов коллаборантов, взял в плен 18 763 солдата и офицеров, враг лишился 600 танков, 225 БТР, 2 050 артстволов, 3 350 пулеметов, 21 тысячи автомобилей, множества полных складов.

В ответ Верховный поставил задание: расширить плацдармы на Пруте, проникнуть вглубь вражеской обороны на 10-12 километров, закрепиться на левом берегу, организовать оборону, подтянуть артиллерию усиления, тылы и своим устойчивым положением на реке обеспечить наступление главных сил фронта на юг вдоль берегов Днестра. Наступление на Запад начать по особому приказу.

СХВАТКА В ГОРНОЙ КРЕПОСТИ ГИТЛЕРА

Катастрофа, от которой Манштейн уходил год, наконец настигла его: хваленая 1-я танковая армия Хубе в ловушке между Бугом и Днестром, окружены 22 дивизии, в том числе лучшие танковые... Все это грозит 800-километровому Южному фронту развалом и открытием Красной армии пути на Балканы.

Манштейн снова просит фюрера о подкреплении. Не дождавшись ответа, фельдмаршал действует самостоятельно: спасая практически обреченную 1-ю танковую армию, он, вопреки приказу фюрера держать фронт на Буге, 24 марта телеграммой разрешает Хубе прорываться на запад. Гитлеру тут же доносят об этом приказе, и в 19.00 он вызывает на завтра самоуправного фельдмаршала к себе в альпийский Бергхоф с докладом.

Они не только не нашли понимания, но в присутствии нижних чинов пошли на взаимные обвинения. Так, в ответ на крик фюрера о том, что фельдмаршал неумело воюет, растерял резервы и постоянно отступает, тот ответил: «Вы, мой фюрер, только вы виноваты в том, что произошло. Восемь месяцев вы ставите нашим силам на южном фланге одну стратегически невыполнимую задачу за другой, не предоставляя ни необходимого подкрепления, ни свободы действий. И не сетуйте на катастрофичность ситуации. Ответственность за нее полностью лежит на вас... Однако ничто уже не изменит ситуации. Я должен отдать приказ на прорыв 1-й танковой армии сегодня — иначе она обречена. Прошу вашей санкции».

Гитлер лишь проронил: «Я не могу согласиться с вами», — и удалился. Манштейн сказал его адъютанту генералу Шмундту: «Соблаговолите проинформировать фюрера, чтобы он доверил кому-нибудь другому командование группой армий, если не может согласиться с моими взглядами».

После этого он передал во Львов для Хубе: не поддаваться соблазну прорваться малой кровью через юг, уже занятый Жуковым и Коневым, а любой ценой пробиваться сквозь две первоклассные советские армии на запад — в этом спасение армии. Хубе, познавший ужас Сталинграда и Черкасс, не хотел принимать тяжелейшие рекомендации маршала, о чем сообщил ему в 19.00.

В 19.30 на вечернем совещании Гитлер сказал: «Манштейн, я все обдумал и принимаю ваш план прорыва 1-й танковой в западном направлении. С тяжелым сердцем, но я все-таки решил передать 4-й танковой армии 2-й танковый корпус СС с 9-й и 10-й танковыми дивизиями СС из Франции, а также 367-ю пехотную дивизию и 100-ю горно-стрелковую дивизию из Венгрии. Я перебрасываю эти формирования немедленно».

Фельдмаршал радовался лишь своей минимальной победе, давшей ему право отправить ночью телеграмму Хубе: «На запад. Приказ последует». Он знал, что теперь окруженные, хоть и с большими потерями, но все же прорвутся. Как знал и то, что фюрер не простит ему публичные обвинения в некомпетентности.

Спустя пять дней Гитлер вызвал Манштейна к себе и, надев рыцарский крест, сказал: «Я решил расстаться с вами и назначить кого-нибудь другого в группу армий». Услышав свои слова «...чтобы он доверил кому-нибудь другому», заявленные Шмундту, фельдмаршал понял, что фюрер затаил зло, и вопросительно посмотрел ему в глаза. Тот пояснил: «Время операций закончилось. Теперь мне нужны люди, которые могут твердо держаться». Манштейн понял это как признание в том, что война проиграна. В этом он убедился, узнав, что вместо него и фельдмаршала Клейста во главе групп армий, переименованных в «Северная Украина» и «Южная Украина», стали жесткие мастера обороны Модель и Шернер. Судьба не пощадила и генерал-полковника Хубе: он, тоже награжденный Рыцарским крестом, разбился при возвращении самолетом на аэродром армии. Фюрер решил торжественно похоронить любимца в Берлине. Но самолет с гробом при посадке во Львове на дозаправку разбился и сгорел.

Уманско-Батушанская операция, проведенная в экстремальных условиях, продемонстрировала новую грань оперативного взаимодействия фронтов Красной армии, что и обеспечило практически молниеносный взлом обороны противника.

10 апреля была освобождена Одесса — важный центр и порт на Черном море. Группировка немцев в Крыму оказалась окончательно заблокированной и была уничтожена к 12 мая.

Скоординированное наступление фронтов, новые методы оперативно-стратегического руководства войсками лишили гитлеровское командование маневренности. Оно несло поражение за поражением, предопределившие разгром вермахта по всему фронту, несмотря на то что Гитлер продолжал перебрасывать сюда резервные дивизии.


8 Октября 2019


Последние публикации


200 руб.
200 руб.



Выбор читателей

Сергей Леонов
70362
Борис Ходоровский
44085
Богдан Виноградов
36857
Сергей Леонов
24254
Александр Путятин
11027
Дмитрий Митюрин
9645
Светлана Белоусова
9612
Наталья Матвеева
8408
Павел Ганипровский
7526
Богдан Виноградов
6709
Светлана Белоусова
6074
Борис Кронер
5872