Каждый правитель пытается окружить себя собственными, «прикормленными» представителями творческой интеллигенции. Античные тираны любили покровительствовать историкам, средневековые государи — поэтам, монархи нового времени — ученым-энциклопедистам. В XX веке, когда важнейшим из искусств стало кино, в придворной свите диктаторов нашлось место и режиссерам.

Лени Рифеншталь

Лени Рифеншталь родилась в 1902 году в семье состоятельного берлинского коммерсанта. Отец собирался передать ей свой бизнес и для начала пытался приучить дочь к секретарской работе. Однако Лени все-таки настояла на своем и стала танцовщицей. Подражая легендарной Айседоре Дункан, она выступала на сцене босиком и в античной одежде. Публика приняла ее на ура, а известный режиссер Арнольд Франк пригласил красавицу сыграть в одной из своих картин.

Лента относилась к жанру «горного» фильма, а ее действие разворачивалось на фоне роскошных альпийских пейзажей. Юная дебютантка лично исполняла все трюки, завоевав восхищение и любовь мужской части съемочной группы.

Картина «Белый ад Пиц Палю» прошла с успехом. Начинающую звезду заметил еще один мэтр — Джозеф фон Штернберг — и пригласил ее в свой фильм «Голубой ангел». Главную роль играла Марлен Дитрих. Рифеншталь выделили лишь небольшой эпизодик. Но Марлен увидела в ней конкурентку и стала закатывать скандалы. Сыграть в «Голубом ангеле» Рифеншталь так и не удалось. Зато в 1932 году Лени и снялась, и поставила как режиссер фильм «Голубой свет». Никто не учил ее тонкостям постановки, и все же опыт работы у Франка не прошел даром. Картина вполне соответствовала канонам. Героиня страдала от предательства любимого и в финале, разумеется, падала в пропасть, исторгая массу слез у сентиментальной немецкой публики. Среди всплакнувших был и Адольф Гитлер.

Работа Лени произвела на него такое впечатление, что он предложил ей снять документальный фильм о собственной предвыборной кампании. «Триумф веры» оказался вполне стандартным произведением, но Гитлер и Геббельс дали еще один шанс. И тогда на свет появился «Триумф воли»...

Картина рассказывала о партийном съезде в Нюрнберге. Подготовка к этому мероприятию шла параллельно с подготовительными работами к самому фильму. Публике собирались продемонстрировать не только ход партийного форума, но и декорации съезда, сопровождавшие его шествия и парады. Для большего динамизма Рифеншталь решила снимать одни и те же события сразу с нескольких точек — операторы постоянно находились в движении. Главный акцент Лени сделала на новаторском по тем временам художественном приеме. В момент выступления Гитлера фильм достигал кульминации: камера попеременно выхватывала из толпы то одно, то другое лицо, а затем возвращалась к фигуре оратора. Зритель сразу понимал главную идею — вот народ, а вот вождь, воплощающий его волю...

На Венецианском фестивале работа Рифеншталь удостоилась главного приза. Ничего удивительного в этом нет — фестиваль проходил в дружественной фашистской Италии. Однако и в не дружественном немцам Париже «Триумф воли» был награжден Гран-при и золотой медалью.

Теперь Лени могла диктовать свои условия. Ей хотелось снимать собственное кино, и нацистские руководители пообещали создать идеальные условия для работы. Однако для этого следовало еще разок послужить Германии, сняв фильм об Олимпиаде в Мюнхене.

Это условие не было Рифеншталь в тягость. Она увлекалась спортом, а ее любовники были сплошь стройными мускулистыми красавцами. В картине «Олимпия» восхищение мужской силой становится доминирующей темой. Это удачно накладывалось на нацистскую идею сверхчеловека. И все же Гитлер и Геббельс встретили фильм кисловато. Возможно, потому, что «Олимпии», на их взгляд, не хватало конкретики: ведь вместо воспевания германской команды им предложили величественную фреску о спорте и воле к победе.

Но если недовольство и имело место, то оно не высказывалось резко и во всеуслышание. Более того, «Олимпия» была признана лучшим фильмом Германии 1937–1938 годов, получила несколько международных призов и даже вошла в составленную американскими критиками десятку лучших фильмов всех времен и народов.

Однако, когда Рифеншталь приехала в США, вместо оваций тамошняя общественность потребовала от нее выступить с осуждением еврейских погромов. Лени пыталась отговориться незнанием проблемы, и тогда ей устроили обструкцию. Наиболее резкие нападки последовали со стороны старой соперницы — Марлен Дитрих.

В отличие от Дитрих, Рифеншталь не осталась в Америке. Она вернулась в Германию, однако дальнейшие отношения с нацистской верхушкой у нее явно не складывались. С началом Второй мировой войны Лени отправили в Польшу воспевать «подвиги» вермахта. Рифеншталь довелось стать свидетельницей издевательств над мирными жителями. Она возмутилась. После скандала ее отозвали с фронта и наконец предоставили возможность работать над собственным проектом.

В Чехословакии Лени снимала фильм «Долина»: маркиз соблазняет и бросает цыганку Марту, та пытается покончить с собой, но ее спасает влюбленный в нее пастух... Сюжет был неоригинален, а тема неактуальна.

Военные реалии между тем постоянно мешали киносъемкам. В Чехословакии активизировались подпольщики, и тогда группа переехала в Баварские Альпы. Здесь Лени попросила выпустить для участия в массовке несколько сот цыган из ближайшего концлагеря. Возможно, работа в фильме спасла жизнь этим несчастным. Но когда край был оккупирован французскими войсками, Рифеншталь тут же обвинили в использовании труда заключенных.

Не оставили без внимания и ее фильмы, в свете последних событий приобретшие совсем иное звучание. «Триумф воли» и «Олимпию» теперь рассматривали исключительно как пропагандистские материалы. В течение семи лет Рифеншталь подвергалась судебным преследованиям. В конце концов, ее признали «попутчицей», достойной морального осуждения. Но и оно оказалось штукой достаточно материальной.

На долгие годы путь в кинематограф оказался для Лени закрыт. Она пыталась оправдаться перед общественностью: «Я сожалею, что сняла эти два фильма, пропади они пропадом! Но ведь первый был снят в 1934 году, а тогда еще ничего не было — ни еврейских погромов, ни войны, ни концлагерей! Я вообще никогда в жизни ни слова не сказала против евреев! И откуда я могла тогда знать, кто такой этот Гитлер?! Да я бы и про Черчилля сняла, и про Сталина — если бы они меня позвали! Ну, в чем тут моя вина?! А второй фильм... Он же про спорт, про Олимпийские игры, там нет никакой политики!.. К тому же: у нас были чисто документальные съемки, мы ничего не имитировали в студии, и профессиональных артистов у нас тоже не было, а потому и разыгранной «по сценарию партии» пропаганды — тоже! Ну, я сожалею, сожалею, что сняла эти фильмы! Но виновата-то я, лично я — в чем? Что вообще тогда жила в этой стране?!»

Все было тщетно. С клеймом нацистской «попутчицы» найти средства на новые фильмы было нереально. Чтобы реабилитироваться, Лени решила вложить собственные деньги и снять картину, которая бы удовлетворила любого гуманиста.

Темой «Черного груза» стала торговля рабами в Кении. Но работа не шла, материал оказывался неудачным, и вдобавок сама режиссер угодила в автомобильную катастрофу. Рифеншталь махнула рукой и отправилась в соседний Судан. Своих новых героев она нашла в одном из местных туземных племен, которое считалось потомками древнего народа нубийцев. Средств на полноценный документальный фильм уже не хватало, и тогда Лени выпустила фотоальбом «Последние из нубийцев».

Книга имела огромный успех, причем с политкорректностью, на первый взгляд, все тоже было нормально — чернокожее племя на лоне природы. Но один из влиятельных критиков написал рецензию, в которой доказывал, что, воспевая в своих фотографиях физическую красоту нубийцев, Рифеншталь пропагандирует те же ценности, что и во времена «Триумфа воли» и «Олимпии».

После этого Лени решила освоить подводные съемки — разглядеть «пропаганду сверхчеловека» в фотографиях морского ежа или даже акулы не удалось бы ни одному самому пристрастно настроенному критику... Работа под водой стала последним триумфом Рифеншталь. В 72 года она получила удостоверение аквалангистки и вошла в Книгу рекордов Гиннесса. Снятые Лени фотографии были изданы в виде альбома «Коралловые сады». В этот период ее спутником жизни стал 30-летний Хорст Кеттнер, с которым она прожила свои последние и, возможно, самые счастливые годы...

Вообще личная жизнь Рифеншталь всегда была окутана ореолом тайны. Ей часто приписывали связь с Гитлером или Геббельсом, но она всегда отзывалась о них с пренебрежением. Неясно вообще, была ли Лени замужем и есть ли у нее дети. Более или менее известны лишь имена некоторых ее любовников. Все они считались красавцами, но ни один не имел репутации умного или волевого человека. Ума и воли у самой Рифеншталь было достаточно...

До последнего дня Лени оставалась на редкость деятельной особой. В 1999 году она едва не погибла в авиакатастрофе, когда решила навестить своих суданских знакомых. В 2000 году издала мемуары. В 2002 году выпустила фильм об Индийском океане «Впечатления под водой» и тогда же посетила Петербург и Москву, где ей, конечно же, пришлось отбиваться от уже ставших привычными обвинений в сотрудничестве с нацистами. В это время ей исполнилось сто лет...

Скончалась Рифеншталь от последствий простуды 8 сентября 2003 года в своем роскошном доме в баварском городе Пеккинге.

Роман Кармен

Роман Лазаревич Кармен родился в 1906 году в Одессе. Отец его — известный журналист и писатель — умер весной 1920-го, и семья оказалась в бедственном положении. В 1922 году, когда издательство «Красная новь» выпустило сборник рассказов Кармена-старшего, на гонорар вдова писателя решила перебраться в Москву, где, как считалось, прокормиться было гораздо легче.

Роман тут же отправился на биржу труда и устроился в городской ломбард — оценщиком. Однако для юноши с творческой родословной такая работа была в тягость. В это время стараниями Михаила Кольцова вновь начал издаваться закрытый в 1918 году за «контрреволюционность» журнал «Огонек». Мать Кармена подрабатывала там корректором и познакомила сына с редактором.

На пробу Роман принес несколько своих любительских снимков. Кольцов и его заместитель Зозуля были вполне удовлетворены и тут же выписали юноше удостоверение штатного фотокорреспондента.

Работа в «Огоньке» была для Кармена отличной школой. Здесь он стал настоящим мастером репортажа — энергичным, напористым и даже нагловатым. Это отмечали друзья Романа Лазаревича, оговариваясь, что пролезать во все дырки он стремился вовсе не в поисках сенсаций, а чтобы быть в гуще событий.

С 1930 года Кармен переключился на кинохронику, сняв на Украине небольшой очерк «Фабрика-кухня». Затем было еще несколько небольших работ, однако все изменилось в 1933 году после того, как Роман зафиксировал на кинопленку автопробег Москва — Каракумы — Москва. Масштабная и очень качественная работа, осуществленная в сложных климатических условиях, впервые принесла ему признание у профессионалов. Пока, правда, только на родине. А вот в других странах оператора Кармена узнали позже, в 1936 году, когда начали поступать его репортажи из Испании.

Там, на Пиренейском полуострове, проявилась еще одна черта Кармена. Ради эффектных кадров он не боялся рискнуть жизнью — снимал и под пулями, и под бомбами, и даже в гуще рукопашной схватки. Запечатленные им сцены бомбежек испанских городов впервые показали публике ужас войны.

В 1938 году Кармен вступил в партию, а спустя год на основе отснятых им и Борисом Макасеевым материалов Эсфирь Шуб смонтировала документальный фильм «Испания».

Затем была еще одна командировка, в которой Кармену вновь пришлось освещать военные действия. В фильмах «Китай в борьбе» (1939) и «В Китае» (1941) речь шла о противостоянии китайцев японской агрессии, нашем союзнике Чан Кайши и возглавляемой Мао Цзэдуном китайской Красной армии. Оба фильма были не хуже «Испании», но их прокатная судьба не сложилась. Сначала ленты лежали на полке, потому что власти боялись дразнить японцев, затем — из-за очередной ссоры с Чан Кайши и, наконец, из-за того, что о них просто забыли. А когда вспомнили, поссорились уже и с Мао Цзэдуном... Словом, политическая конъюнктура сыграла с Карменом злую шутку. Но на его профессиональном и карьерном росте это не отразилось. Более того, именно Кармену доверили проект, который должен был стать достойным ответом «ихним» «Триумфам» и «Олимпиям»...

Идею картины «День нового мира» в свое время предложил Максим Горький. В один из августовских дней 1940 года сразу 97 операторов начали фиксировать события, происходившие в разных концах Советского Союза. Авторы и зрители вместе с солнцем как бы совершали путешествие по «стране победившего социализма».

По всему, авторам столь эпохального фильма полагалась Сталинская премия. Однако начавшаяся Великая Отечественная война спутала все планы.

В первые, самые трагические дни боевых действий, Роман Лазаревич действовал намного удачнее других хроникеров. На вопросы коллег, не страшно ли ему соваться в самое пекло, Кармен обычно отвечал: «Страшновато, конечно, а что поделаешь! Ведь вот какая штука: солдат-то лежит, головы не может поднять, прострелят, а я-то ведь должен стоять и сбоку, и сверху, а то и спереди зайти. Когда очень нужно это сделать, то страх отступает, на какие-то мгновения забываешь обо всем, чтобы добыть несколько хороших кадров».

Сталин запомнил фамилию «Кармен» еще со времен Испании. А с 1941 года Роман Лазаревич стал, пожалуй, наиболее доверенным среди кинохроникеров хозяина. Вместе с писателями Симоновым и Эренбургом он входил в творческую группу, которую в Кремле называли «резервом Главного командования». Едва Ставка начинала готовить очередное наступление, как на этом участке тут же появлялась неразлучная троица, чтобы снять, написать стихи, репортажи...

1942 год сложился для режиссера удачно. Он возглавлял киногруппы на Центральном и Западном фронтах, выпустил свою первую военную картину «25-й Октябрь». Многие отснятые Карменом материалы вошли в фильмы «Разгром немецких войск под Москвой» и «Ленинград в борьбе». «Разгром немецких войск под Москвой» стал первым документальным фильмом удостоенным высшей награды американской киноакадемии — Оскара.

Роман Лазаревич получил Сталинскую премию. В ноябре вместе со своей женой красавицей Ниной Орловой Кармен получил от сына вождя приглашение посетить «дружескую вечеринку» в подмосковном Зубалове.

Гуляние закончилось тем, что у Светланы Аллилуевой начался роман с драматургом Алексеем Каплером, а жена Кармена и вовсе ушла жить к Василию Сталину. Каплера поспешили отправить в Сибирь, а вот на жалобе, написанной Романом Лазаревичем, вождь начертал резолюцию: «Верните эту дуру Кармену. Полковника Сталина арестовать на 15 суток»... В семье Карменов восстановились мир и согласие.

Роман Лазаревич вернулся к работе и возглавил киногруппу 2-го Украинского фронта. Здесь ему удалось набрать материалов еще для трех документальных фильмов: «Орловская битва» (1943), «Майданек» (1944), «Берлин» (1945).

Во время штурма столицы Германии произошел один малоизвестный эпизод. В пустующей квартире Кармен и его товарищи обнаружили работающий телефон. И тогда у Романа Лазаревича возникла идея позвонить руководителю обороны Берлина — Геббельсу. Через справочную службу дозвонились до его канцелярии. Геббельс лично поднял трубку и услышал: «С вами говорит русский офицер. Я хотел бы задать вам пару вопросов». Что именно ответил на это рейхсминистр, точно неизвестно. Можно предположить, что это была какая-нибудь грубость. А еще через сорок восемь часов Геббельс покончил жизнь самоубийством...

В 1946 году Кармен работал на Нюрнбергском процессе. В фильме «Суд народов» он не скрывал ненависти к подсудимым, и, полностью одобряя это «святое чувство», товарищ Сталин счел возможным наградить режиссера еще одной премией собственного имени. Третью Сталинскую премию Кармен получил в 1952 году.

А затем пришло время иных фильмов...

Поставив задачу «догнать и перегнать Америку», Хрущев предложил сконцентрироваться на воспевании мирного, созидательного труда советских граждан. Так на свет появились «Повесть о нефтяниках Каспия» и «Покорители моря».

Во внешней политике акцент делался на помощи народам Азии и Африки в их борьбе против колониализма. И как только СССР обзаводился очередным союзником, в соответствующую страну тут же отправлялся Кармен со своей киногруппой. Дружба Кремля с бирманским диктатором Не Вином, премьер-министром Индии Джавахарлалом Неру и индонезийским президентом Сукарно породили фильмы «На гостеприимной земле Бирмы», «Утро Индии» и «Наш друг Индонезия». Чуть позже, в 1960–1970-х, Роман Лазаревич специализировался на Латинской Америке («Пылающий остров», «Пылающий континент», «Чили: время тревог и надежд», «Сердце Корвалана»)...

И все это время Роман Лазаревич вынашивал главный замысел своей жизни. В 1965 году, в качестве своеобразного эскиза, был снят полнометражный документальный фильм «Великая Отечественная». Однако полноценная работа над проектом началась только через десять лет, когда американская компания «Эр Тайм Интернейшнл» заказала более масштабный 20-серийный вариант этой картины. Кармен от начала и до конца курировал весь замысел и сам снял первую и последнюю серии фильма «22 июня 1941 года» и «Неизвестный солдат».

«Великая Отечественная» с триумфом прошла по экранам. В Америке лента называлась «Неизвестная война» и получила Гран-при фестиваля документальных фильмов в Нью-Йорке.

Это была самая важная работа в жизни Кармена. Он скончался в 1978 году, сразу после того, как завершил озвучение последней серии...

Любой художник мечтает о творческой свободе, славе и материальном благополучии. Послужив власти всего тремя фильмами, Лени Рифеншталь получила славу и богатство. Однако свободной она так и не стала, ибо все ее последующее творчество определялось одним стремлением — отмыться от клейма нацистской «попутчицы».

Роман Кармен был человеком более трезвомыслящим и потому, работая в условиях тоталитарного государства, возвел творческую несвободу в своеобразный принцип. Не случайно в одном из своих интервью он заявил: «Документальный фильм активен и революционен по самой своей природе. Он не может не быть пропагандистским искусством. Скажу больше — идеология, тенденция лежат в самой основе документального кино».

Режиссер Кармен служил власти не как профессионал, а как подданный. И взамен, хотя и на склоне лет, он все-таки получил возможность снять главный фильм своей жизни — «Великую Отечественную». Что же касается Лени Рифеншталь, то для нее главными фильмами так и остались сделанные на заказ «Триумф воли» и «Олимпия».

Дата публикации: 25 мая 2004