АНЕКДОТЪ
«Секретные материалы 20 века» №19(327), 2011
Сенат против полицейской коррупции
Анна Забельская
журналист
Санкт-Петербург
2177
Сенат против полицейской коррупции
Так проходили заседания Сената при Петре I

Чем только не приходилось заниматься правительствующему Сенату за два с половиной столетия своего существования! Учрежденный Петром I в 1711 году как высший орган государственной власти и законодательства, подчиненный императору, Сенат с начала XIX века осуществлял надзор за деятельностью государственных учреждений, а с 1864 года стал еще и высшей кассационной инстанцией. Здесь рассматривали спорные дела в тех случаях, когда прокуратура, суд и губернское правление не могли придти к единому решению и «выказывали разномыслие» по поводу должностных преступлений. Дела были самые разнообразные. Например, вот такие…

ДЕЛО О МАЛОМЕРНОМ ВЕДРЕ

Однажды мещанин Г. нашел в подвале винного склада купца Х. ведро, с помощью которого купец, по мнению мещанина, обманывал покупателей спиртного. Г. счел, что ведро маломерное и жидкости в него входит меньше, чем указано. Он подрался с купеческим приказчиком, защищавшим ведро, победил приказчика и доставил сосуд полицейскому надзирателю В.

Надзиратель оставил это дело «без движения». Настойчивый Г. обратился к прокурору с требованием провести дознание. По требованию прокуратуры, надзиратель В. сверил «обманное» ведро с образцовым, хранившемся в городской управе, и оно действительно оказалось меньше, к тому же, на дне был замечен цинковый напай.

Полицейское управление решило отдать злосчастное ведро на экспертизу мастеру устройства мер, утвержденному департаментом торговли и мануфактуры, поручив ему «отпаять в оном дно и, очистив таковое от цинка» составить заключение: для чего нужен был цинк и не влияет ли напай на уменьшение емкости ведра?

Медных дел мастер Б. доложил, что цинковый напай сделан еще на фабрике при изготовлении ведра, а причина маломерности — вогнутость стенок. Полицейское управление приказало медных дел мастеру выпрямить все вогнутости, привести ведро в порядок и предоставить его для нового измерения.

Новое измерение показало, что ведро полномерное. И теперь уже против мещанина Г. было возбуждено уголовное преследование за ложный донос. Но прокурор проявил бдительность. Он учел, что все опрошенные свидетели показали — ведро было маломерным, купец Х. обманывал покупателей.

Более того, надзиратель В. утверждал, что стенки ведра, которое доставил ему мещанин Г., были совершенно гладкие. Каким образом ведро «погнулось» в полицейском управлении, было неясно.

Расследование дела выявляло все новые факты. Оказалось, что купец Х. не является владельцем винного склада, а содержит его «на средства местного богача П., который не считает почему-то удобным содержать его на свое имя». Исправник О., побывав на квартире у П., прямо посоветовал одному свидетелю «не идти против старика П.», а показания еще одного свидетеля были просто изъяты из дела.

Прокурор просил привлечь к ответственности всех членов полицейского управления, занимавшихся ведром, а в отношении исправника О. возбудить уголовное преследование.

Губернское правление, учитывая долгую службу О. в полиции, обратилось в правительствующий сенат с просьбой о смягчении наказания для исправника.

Правительствующий сенат губернскому правлению отказал. Прослуживший 24 года в полиции исправник пал жертвой маломерного ведра.

ДЕЛО О РЕВНИВОЙ ЖЕНЕ

В полночь 6 августа 1888 года в дом крестьянина П. ворвались полицейские: сотский Д. и десятский Л. Они учинили в доме обыск, а заодно побили хозяина.

Крестьянин подал жалобу исправнику. Было произведено дознание, и полицейские поведали, что к ним обратилась жена П., которая была уверена, что муж изменяет ей с работницей Г. Чтобы застукать прелюбодея, стражи порядка и совершили «полуночный рейд», никого не били, а просто Л. взял хозяина за грудки, хотел повалить, но передумал.

Прокурор счел, что достаточных оснований для обыска не было. Жена П. должна была подать официальную жалобу, чего она не сделала, а просто «по знакомству», попросила полицейских поймать мужа с поличным. Кстати, никакого прелюбодеяния они не зафиксировали.

За ночной визит стражи порядка были обвинены в превышении полномочий.

Прокурор и губернское правление разошлись в одном — способе наказания. Прокурор настаивал на более строгом наказании, губернское правление считало, что никаких важных последствий самоуправство полицейских не повлекло, поэтому можно ограничиться обычным взысканием.

Правительствующий сенат признал правоту губернского правления, и блюстители нравственности отделались выговором от начальства.

ДЕЛО О НАБОРНЫХ ХОМУТАХ

6 июля 1877 года обокрали помещика Б. - умыкнули наборные (украшенные) хомуты с постромками и уздечками для тройки лошадей ценою в 50 рублей. 10 июля задержали вора — крестьянина Е., который и был отправлен вместе с хомутами к становому приставу М. Но по дороге вор бежал, поэтому до пристава довезли одни хомуты. Видимо, они так приглянулись становому, что он отнюдь не спешил давать делу ход и отправил донесение в полицейское управление только 1 сентября. Возможно, он и вовсе не отправлял бы никаких донесений, но о находке хомутов стало известно хозяину — помещику Б. Управляющий помещика заявил о краже в полицейское управление, а затем послал к приставу М. нарочного за хомутами.

Нарочный застал станового дома, но хомутов у него не было — пристав объяснил, что хомуты у сына, а сын куда-то уехал. Нарочный решил подождать. Вскоре сын пристава прибыл, причем прибыл на лошадях, облаченных в краденую упряжь. Нарочный лично снял ее с лошадей, обнаружив, что кое-что пропало, а кое-что порвано.

Прокурор окружного суда усмотрел в действиях М. «преступление по должности» и сообщил об этом губернскому правлению, которое оставило «означенное сообщение без последствий». Видимо, по мнению губернского правления, очарованный хомутами становой всего лишь пал жертвой любви к прекрасному и быстрой езде.

Прокурор был вынужден обратиться в правительствующий Сенат, который и предписал губернскому правлению принять дело станового М. к рассмотрению.

ДЕЛО О МЕДЛЕННОМ ПРИСТАВЕ

Рядовой П. самовольно оставил полк, но был задержан жандармом и возвращен в казармы. Своему ротному командиру П. признался, что 7 января убил, с целью ограбления, какую-то женщину, но ничего у нее не взял, так как увидел вдалеке повозку, испугался и убежал. Командир полка сообщил о заявлении рядового в полицейское управление. Дознание по делу было поручено приставу Е. Командир полка неоднократно обращался с письмами к приставу, желая узнать — как идет расследование? Но ответов на свои послания не получал.

Только 28 марта пристав Е. уведомил командира полка о том, что 10 января лично осмотрел место, указанное беглым рядовым, но ни трупа, ни следов насилия не обнаружил. Далее пристав упомянул, что какая-то крестьянка помещена в земскую больницу, по слухам, именно ее и избил П., но дознания по этому случаю не проводилось.

Пристав Е. вообще был человеком неторопливым. Уже в ходе расследования, начатого прокурором окружного суда, выяснилось, что в июле 1891 года пристав вместе с городским врачом проводил проверку торговых и промышленных заведений и составил 11 актов против разных лиц за нарушение санитарных правил. Но к городскому судье эти акты были направлены только 9 марта 1892 года. Надо полагать, пристав дал виновным время для исправления обнаруженных недостатков.

Окружной суд неоднократно требовал у пристава Е. объяснений, но таковых не получил. В конце концов, суд пришел к выводу, что действия пристава прямо противоречат требованиям законов, обязывающих чиновников полиции «принимать быстрые, энергичные меры к сохранению следов преступлений и преследованию виновных».

Прокурор, в свою очередь, передал определения суда в губернское правление с просьбой возбудить в отношении Е. уголовное преследование.

Но губернское правление тоже не стало торопиться. Оно не согласилось с заключениями окружного суда и прокурора. Ничего страшного не случилось, решило губернское правление. Подумаешь, задержал какие-то бумажки, не ответил на запрос быстро. С кем не бывает.

Прокурор окружного суда явно был нетерпелив и обратился в правительствующий Сенат, где нашел полную поддержку и понимание. Не так быстро, как хотелось бы прокурору, но уголовное дело в отношении пристава было возбуждено.

Правда, по сравнению с героями последнего дела, пристав Е. был просто образцом усердного работника.

В полицейское управление пришел крестьянин Ш. и рассказал о том, что попутчик украл у него деньги и документы. Он назвал имя вора, обстоятельства и место происшествия, а также — свидетельницу кражи. Полицейское управление в лице исправника и его помощника пальцем не шевельнуло, чтобы проверить заявление несчастного. «Не мешай работать!» - сказали жалобщику и... отправили его в тюрьму, как бродягу, с последующей высылкой по этапу на родину, за 1400 верст. Только случайная поимка вора спасла Ш. от этапирования. А решение правительствующего Сената, поддержавшее требование прокурора, позволило привлечь к ответственности «трудолюбивых» чинов полиции.


Дата публикации: 26 декабря 2023

Постоянный адрес публикации: https://xfile.ru/~eW2He


Последние публикации

Выбор читателей

Владислав Фирсов
9796381
Александр Егоров
1050810
Татьяна Алексеева
872323
Татьяна Минасян
448023
Яна Титова
272005
Светлана Белоусова
227658
Сергей Леонов
219917
Татьяна Алексеева
214950
Борис Ходоровский
195652
Наталья Матвеева
192353
Валерий Колодяжный
188737
Павел Ганипровский
170704
Наталья Дементьева
123670
Павел Виноградов
120457
Сергей Леонов
113610
Виктор Фишман
97268
Редакция
95656
Сергей Петров
89457
Борис Ходоровский
84959